В глазах потухшие мечты,
В них ни желания, ни воли,
Как отражатель пустоты
До бесконечности, до боли.
Полны отчаянья глаза,
Так что ж в душе такой творится?
О сколько их! Никак нельзя
Не видеть их на многих лицах...
Душа, душа, ты как река,
Источники тебя питают,
Хоть видишь, что вода горька,
Но все ж плывешь, иной не зная.
Вода горька и как беда,
Но все ж ее не отвергают,
Несет с собою яд вода,
Рассудок здравый заглушая.
Не хочешь знать, что у беды,
Не человеческие лица,
Что к ней ведут твои труды,
То, что в душе твоей гнездится.
Не хочешь слышать о Христе
И пожинаешь, пожинаешь,
Просвет не видя в темноте,
Не каясь, жить ты продолжаешь.
Глаза, глаза – как много в них
Передается бессловесно:
Душевной радости родник,
Иль боль от жизни бесполезной.
Людмила Камерон ,
Варшава, Польша
Закрой глаза, задумайся на миг-
В чем cмысл жизни, для чего на свет родился?
И счастлив тот, кто истину постиг,
Кто для Христа прожить свою жизнь согласился.
Господь, дай мне силы идти,
Идти за Тобой, и крест свой нести.
В Тебе надежда моя,
С Тобой все смогу в это верую я.
Прочитано 7382 раза. Голосов 1. Средняя оценка: 5
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Проза : Реальность - Андрей Скворцов Я специально не уточняю в самом начале кто именно "он", жил. Лес жил своей внутренней жизнью под кистью и в воображении мастера. И мастер жил каждой травинкой, и тёплым лучом своего мира. Их жизнь была в единстве и гармонии. Это просто была ЖИЗНЬ. Ни та, ни эта, просто жизнь в некой иной для нас реальности. Эта жизнь была за тонкой гранью воображения художника, и, пока он находился внутри, она была реальна и осязаема. Даже мы, читая описание леса, если имеем достаточно воображения и эмоциональности можем проникнуть на мгновение за эту грань.
История в своём завершении забывает об этой жизни. Её будто и не было. Она испарилась под взглядом оценщика картин и превратилась в работу. Мастер не мог возвратиться не к работе, - он не мог вернуть прежнее присутствие жизни. Смерть произвёл СУД. Мастер превратился в оценщика подобно тому, как жизнь и гармония с Богом были нарушены в Эдеме посредством суда. Адам и Ева действительно умерли в тот самый день, когда "открылись глаза их". Непослушание не было причиной грехопадения. Суд стал причиной непослушания.
И ещё одна грань того же. В этой истории описывается надмение. Надмение не как характеристика, а как глагол. Как выход из единства и гармонии, и постановка себя над и вне оцениваемого объекта. Надмение и суд есть сущность грехопадения!
